Григорий Карпов (grigoriy_karpov) wrote,
Григорий Карпов
grigoriy_karpov

Categories:

«Неоновый фашизм» — часть 1

Неоновый фашизм

Весной этого года состоялась премьера фильма «Неоновый демон» (на российских киноэкранах он появился летом). После просмотра одного только трейлера мне по большому счету уже все стало понятно: очередной удар расчеловечивания наносимый обществу при помощи такого мощного оружия, как современная массовая культура. Однако, прежде чем начать отвечать на этот вызов, пришлось дождаться, пока фильм появится в интернете и ознакомиться с ним полностью, чтобы никто не сказал, что сужу «по обложке». Просмотр фильма не только подтвердил первоначальные предположения о характере фильма, но и показал, что фильм еще более расчеловечивающий, чем можно было ожидать. Но дело не только в одном этом фильме, а в феномене. Фильм — только лишь маленькое отражение большого глобального процесса. Поэтому в этой статье я буду говорить о фильме и одновременно всматриваться через него в этот новый мировой процесс.

Кратко расскажу о сюжете, он достаточно прост. Молодая девушка Джесси (ей 16 лет) приезжает из провинции в Лос-Анджелес чтобы стать моделью. Обладая подлинной красотой, в отличии от других девушек, которые ложатся под нож ради красоты, она быстро очаровывает «продвинутых» в этом мире моды. С ней проводят фотосессию, на которую попадет не каждая, ей предоставляют почетную возможность закрыть показ. Быстро поднявшись в этой модельной иерархии, она портится и получает ненависть соперниц, которые в результате ее убьют. Сюжет сам по себе безобидный, но каждая деталь и подача омрачены тонкими и зловещими моментами, противоречащими всем классическим нормам. В этих деталях и скрыта вся сущность этого продукта современной культуры. Как известно, дьявол (в нашем случае демон) кроется в деталях. Давайте эти детали разберем.

Инициация смертью или архаизация, как следствие кризиса культуры
Как известно, с древнейших времен в мировой культуре практиковалось посвящение или инициация человека. Результатом ритуала инициации должен был стать новый социальный статус (роль в обществе) посвящаемого. Это требовалось для отделения детской жизни, когда главным человеком для ребенка была мать, от взрослой жизни, т.е. жизни самостоятельной и проходящей по новым правилам. Это были, например, посвящение в охотники, посвящение в воины и т.д. Ключевым в ритуале инициации является разыгрывание смерти. При этом участники ритуала инициации оплакивали посвящаемого как умершего. Эта символическая смерть и означает конец старой, прежней жизни, а затем возрождение и начало жизни новой, в новом социальном статусе.

Уже в современном модернизированном обществе инициация полностью не исчезла: ее используют для интеграции в определенные группы. Она была востребована, например, масонскими группами, в XX в. — группами оккультно-фашистскими и пр.

Так вот, возвращаясь к фильму, главная героиня хочет устроиться в модельное агентство, для этого нужны фотографии. С ней проводит фотосессию начинающий фотограф. Сюжет фотосессии — инсценировка смерти. Джесси лежит неподвижно, на шее, туловище и руках — бутафорская кровь. Сцена построена так, что камера не сразу захватывает фотостудию, сначала видны только декорации и не понятно настоящая это смерть или разыгранная. И это первая сцена фильма, т.е. с этой инициации смертью Джесси фактически и открывается дорога в мир высокой моды.

Введение в фильм этого в чем-то архаичного элемента не случайно и не единственно (о других таким элементах поговорим чуть ниже). Эти элементы, отсылающие к древним обычаям, которые как бы исчезли из культуры, но были возрождены заново, уже в современную эпоху, говорят о глубоком кризисе современной культуры. Кризис порождается неспособностью культуры ответить на современные вызовы, без ответа на которые невозможно продолжать полноценную жизнь. Человек интуитивно чувствуя, что задыхается в этом мире без ответа на предельные вопросы, не желая смириться с этим (а есть категория людей, которая смиряется, подавляя это внутри себя и не без последствий) пытается вырваться и преодолеть свою отчужденность. Однако, в большинстве случаев он попадает в ловушку суррогатных псевдоответов на этот вызов, которые обычно сохраняются в эзотерических (внутренних, скрытых) ядрах (очагах) культуры.

В принципе, в этом процессе ничего нового нет, это всегда было так. Если почитать крупных исследователей, то они пишут, например, о том, что всплески увлечения оккультными науками, магией, астрологией и пр. происходят в моменты кризиса культуры. На мой взгляд, стоит еще отметить, что культура в большей или меньшей степени, но всегда находится в кризисе, потому что развитие постоянно порождает новые вызовы, на которые не так-то просто ответить. И всегда существует возможность «бегства» в разного рода эзотерику. Эта эзотерика заключается в том, что в культуре сохраняются архаичные элементы (вышеназванные оккультизм, магия и др.), которые могут быть вновь востребованы. Это как-то заполняет смысловой вакуум в жизни отдельного человека или группы, но вовсе не является спасением для культуры. Наоборот, культура еще больше загнивает, а кризис превращается в полномасштабную катастрофу.

Ответы на эти катастрофы содержатся в сфере идеального. История выдвигает вперед силы, которые сохранили связь с этим идеальным и готовы ответить, как на духовные вызовы, так и социальные и тем самым двинуть человечество вперед, перевернув очередную страницу. Так было в случае крушения Римской империи, когда на историческую сцену вышел христианский идеал. Затем, на рубеже средних веков и нового времени, ответом на кризис веры (появление светских людей) стал проект Модерн, провозгласившей идеалы гуманизма, рационально познания, разума и прогресса. Но и этот великий по своему значению для человечества проект закончился глубочайшим кризисом и катастрофой первой мировой войны. Ответом на это стал советско-коммунистический проект, провозгласивший построение справедливого государства, нового человека и нового гуманизма с опорой на высшее начало в человеке и на достижения всей мировой культуры (без чего невозможно опереться на высшее начало в человеке — вспомните известный тезис Ленина: «Коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество»).

Теперь же, когда коммунистический проект потерпел неудачу и не возникло нового проекта и нового идеального, мы в каком-то смысле упали на «подушку» Модерна. Однако не трудно убедиться, что это только на первый взгляд так, ведь уже нет идеалов Модерна — они мертвы, нет целей Модерна, нет классического капитализма — есть мутировавший капитализм (особенности этого мутокапитализма я обсужу ниже). Все это называется постмодерн. И мы вновь имеем в чем-то прежний, а в чем-то обладающий зловещий новизной, глубокий кризис культуры. И фильм, который я взял отправной точкой для этих рассуждений — яркий тому пример. В эпоху классического Модерна невозможно было представить нечто подобное, но это стало возможным в постмодерне с его растабуированием сложных для человека тем (таких как смерть), его толерантностью, перверсиями и прочими атрибутами.

Поэтому сейчас я подведу небольшую черту под данным пунктом и вернусь к рассмотрению этого фильма «с близкого расстояния», с тем, чтобы потом вновь подняться на этот высокий уровень осмысления и обсуждения глобального процесса.

(Продолжение следует.)

Поделитесь этой публикацией в соцсетях:
Tags: Гуманизм, Идеалы, История, Кинематограф, Кино, Культура, Фашизм, Фильм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments